ПРО+Не используйте методические пособия в качестве самоучителя. Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы. Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
 

Рассмотрение закономерностей реставрационной деятельности, вытекающих из характера взаимоотношений в системе «общество — субъект — объект реставрации», показало объективный характер процесса оценочной субъективации, лежащего в ее основе. Момент признания качеств, ценностей, свойств и самого факта необходимости физического существования объекта это и есть его субъективация.

Реставрационное воздействие как «человеческая чувственная деятельность», представляя собой не только отношение субъекта к объекту, но и систему взаимоотношений между субъектами, а проще говоря, систему профессиональных отношений участников процесса, выражающих общественную потребность, пронизано также и нравственной мотивацией.

Надежда на «реставрационную этику» как своего рода гарантию защиты памятников главным образом от неумеренных амбиций и непрофессионализма реставраторов придает ей все более важное место в теоретических дискуссиях последнего десятилетия. В них этика иногда трактуется как проблема взаимоотношения реставратора и памятника искусства.

Этика согласно общему определению представляет собой философское учение о морали и нравственности как одной из форм общественного сознания, воплощенных в нормах поведения. Эти нормы приобрели форму нравственного закона, основания которого одним виделись в религиозных заповедях, другим, как И. Канту, например — в чистом разуме.

Следует напомнить, что этическое отношение, как и эстетическое, не имеет конкретного предмета. Однако основанное на поиске высшего блага в мире, оно выражается в системе оценочных критериев поведения людей, мотивов и целей их поступков. Следовательно, сфера этики — это сфера человеческих поступков, то есть человеческой деятельности. В этом смысле она включает в себя и «взаимоотношение реставратора и памятника искусства». Но в определенном аспекте, так как возможно лишь отношение субъекта (реставратора) к неодушевленному объекту, но не наоборот. Иначе расширительная трактовка грозит включением в сферу этики всех сторон этого «взаимоотношения».

Поступки людей регламентируются правом. При этом моральный долг согласно кантовской этике понимается, как необходимость поступать именно в соответствии с законом. С другой стороны, мораль — это своего рода параллельное право, внутренний закон, субъективированная норма, принятая в данном социуме, в данное время, имеющая основание в глубоких традициях общественной жизни. Она может быть тождественной праву, а может в чем-то расходиться с ним, иногда существенно. Нет надобности приводить примеры, для того чтобы вынести заключение о социальной детерминированности нравственных норм в их реально-историческом проявлении. Это значит, что определенное общество или социальная группа руководствуется своей системой нравственных критериев, которые сходятся на общечеловеческом, философском уровне, но отнюдь не всегда на уровне практики. На практическом уровне этические нормы поведения регулируются с помощью оценочного критерия «хорошо — плохо» или «нравственно — безнравственно».

Профессиональная этика, в том числе кодексы этики «реставрационных профессий», таким образом, определяют понятие о «хорошем», нравственном поведении участника (субъекта) реставрационной деятельности. Причем поведение оценивается в двух главных аспектах: в отношении объекта (памятника) и в отношении других субъектов. Именно так трактует этический кодекс, разрабатываемый ныне в России. Он включает в себя разделы об основных принципах руководства реставрационным учреждением, его финансах, помещениях и оборудовании, взаимоотношениях с публикой, с другими учреждениями. При этом отдельно нормируется личное профессиональное поведение реставратора, где определяется понятие о личной ответственности за культурное наследие, включая ответственность за «подлинность» культурного наследия.

Естественно, как уже было отмечено, нравственные критерии приложимы к любым проявлениям человеческой деятельности. Более того, в российской философской традиции, восходящей в этом к византийскому богословию, нравственное неотделимо от истинного. Конфликт рационального поступка и последующих за этим нравственных страданий — одна из постоянных тем Федора Михайловича Достоевского (1821 - 1881).

Однако для того, чтобы не свести профессиональный кодекс к «обеспечению» абстрактной «наибольшей суммы добра в универсуме» (Д.Мур), необходимо прежде всего более четкое обозначение специфической области, регламентируемой нормами профессиональной этики. Во-первых, следуя трактовке И. Канта, к ней следует отнести поступки, связанные с обязанностью выполнения долга, то есть соблюдение юридических норм; во-вторых, нравственную оценку качества выполняемых операций; в-третьих, корпоративный профессиональный этикет, основанный на понятиях общечеловеческой морали и чести, который регламентирует взаимоотношения участников реставрационной деятельности между собой и с третьими лицами.

Сетования на отсутствие законов и критериев в области реставрации памятников культуры не вполне основательны. Специфическая российская проблема состоит не в отсутствии законов, а в неисполнении их. Существует закон Российской Федерации об охране памятников. При всех его недостатках, рассматривать которые здесь не место, он однозначно провозглашает юридическую защиту памятников культуры. Затем общепризнанной международной нормой являются Венецианская хартия 1964 года и документы ЮНЕСКО на ее основе. Несмотря на то, что хартия принята относительно архитектурных исторических памятников и достопримечательных мест, ее трактовки стали фактически юридической основой мировой цивилизованной консервационно-реставрационной практики. На следующем уровне существует множество инструкций и нормативов Министерства культуры Российской Федерации, устанавливающих порядок учета и хранения памятников, реставрации, ее методологии, применения материалов и т.п. Все они могли бы быть усовершенствованы, но нравственный долг реставратора, очевидно, состоит в следовании этим правилам.

Таким образом, главная сфера действия профессиональных нравственных критериев — это стимулирование личной ответственности за качество выполняемой работы. Не в том, конечно, смысле, что не важно, какова цель, лишь бы хорошо было исполнено. Конкретный пример здесь — это зачистка тыльной стороны авторского холста при дублировании картины на новое основание или процедура перевода живописи на новую основу. Дублирование холста — это весьма распространенная практика в нашей стране, заметим, в отличие от современного опыта большинства европейских стран. При этой процедуре обычно очень старательно проскабливается тыльная сторона холста и уничтожаются все оригинальные надписи (калькируемые на новый холст) и другие документальные свидетельства, что мотивируется соображениями упрочения картины.

В этическом плане такие операции весьма сомнительны или, по крайней мере, допускают альтернативную оценку: они могут рассматриваться как благо или как вред — при одинаково высоком качестве исполнения. Здесь средства находятся в той причинно-следственной взаимосвязи с мотивами и целями деятельности, о которых говорилось выше. Это свидетельствует о том, что цель не формируется только лишь нравственными критериями.

Другая проблема нормирования реставрационной деятельности с помощью этических критериев — это сами критерии. Например, проект кодекса Государственного научно-исследовательского института реставрации трактует личную ответственность через понятие подлинности, в трактовке которого есть несколько противоречивых толкований.

Представляется некорректным основывать моральную оценку действий и поступков на неоднозначном суждении в отношении заведомо внутренне противоречивого объекта. В противном случае пришлось бы говорить о безнравственности действительно героической, растянувшейся на десятилетия, работы поколений реставраторов по «возрождению из пепла» ансамблей петербургских пригородных дворцов, что по некоторым дефинициям не входит в задачи реставрации. Потому что в сгоревших и разбомбленных дворцах в некоторых интерьерах оставалось еще до 60 /о «авторской подлинности», которая в ходе реставрационных работ подвергалась определенному воздействию. Скажем, остатки золоченой деревянной скульптуры и резьбы были залевкашены и вызолочены вновь после восполнения утрат формы, чем было уничтожено авторское подлинное золочение. А сколько разных мнений возникает также, например, по поводу реставрации стенописей Сикстинской капеллы или эрмитажной картины «Юдифь» Джорджоне (Giorgione, 1477/78 — 1510)...

Несомненно, что критерии профессионального кодекса должны соответствовать представлениям просвещенной части общества, а не его отсталой части, для которой реконструкции на уровне декораций голливудских исторических фильмов представляются подлинными памятниками истории.

Из всего сказанного по этому поводу следует, что концепция профессиональной этики может строиться только на общем определении целей реставрации в трактовке Венецианской хартии: «Реставрация памятника или достопримечательного места должна проводиться в исключительных случаях. Ее цель — обеспечить их консервацию, выявить и представить их художественные и исторические стороны. Она основывается на глубоком знании памятника или достопримечательного места, культуры и техники, которые имеют к ним отношение, на соблюдении его первоначальной основы и на подлинных документах об этих объектах. Реставрация должна быть прекращена там, где возникает гипотеза. Всякое дополнение... должно нести информацию о времени, месте и традициях. <...> Значительный вклад всех эпох в памятник должен сохраниться, так как единство стиля не является единственной целью реставрации» (Ст. 9, 11).

Невольно вспоминаются слова русского историка И.П. Сахарова, автора первой в России реставрационной концепции, писавшего более ста лет тому назад: «Легким ли пунктиром наполнить должно одне слупившиеся места, или нужно наводить густую плавку красками, может указать только знание»15. Действительно, «только знание» дает право толкования «закона». И именно здесь возникает то, что можно назвать своего рода этическим пространством. Иными словами, мораль регламентирует сферу свободы действий реставратора и других участников процесса. Трудно придать статус морального императива какой-либо одной цели реставрации в цивилизованном обществе, если не иметь в виду вандализм разрушения и другие маргинальные идеи. Поскольку все современные концепции и методологии порождены объективной общественной потребностью и направлены на сохранение культурного наследия. Однако средства, с помощью которых достигаются поставленные цели и возникающие в этом процессе взаимоотношения специалистов, регулируются нормами этики —общей и профессиональной. Знания, опыт, умение дают реставратору возможность и право действовать в сложных ситуациях, возникающих при реставрации уникальных не только в художественно-историческом, но и в техническом смысле объектов.

Таким образом, можно заключить, что под этическую оценку подпадают все стороны поступка (что и как): во-первых, качество производимого действия и, во-вторых, выбор действия, наиболее корректного по отношению к объекту с точки зрения избранной цели. Нравственные критерии приложимы уже к самым первым шагам — выбору объекта для консервации или реставрации. Однако отечественный кодекс практически умалчивает об одной из базисных нравственных норм любого профессионального кодекса: праве любого объекта на равное внимание и помощь, подобно тому, как любой человек при любых обстоятельствах имеет право на медицинскую помощь. Вместо этого кодекс отдельно оговаривает реставрацию памятников, попавших в криминальную ситуацию, памятников антикварного рынка, устанавливая ряд условий. И это в то время как Венецианская хартия в своей первой статье провозгласила, что «понятие исторического памятника... подразумевает всякое произведение (архитектуры), которое является свидетельством отдельной цивилизации, художественной, общественной или культурной эволюции или исторического события... Это понятие охватывает не только выдающиеся произведения, но также и менее значительные, которые со временем приобретают историческую ценность» (подчеркнуто автором). На основании этого положения все национальные кодексы и кодекс ИКОМ установили, что консервации и реставрации подлежат в случае необходимости любые произведения вне зависимости от их ценности. Обязанность принятия мер по сохранению (укреплению и предохранению от разрушения) произведения не дает реставратору нравственного права выбора.

Несомненно, что наибольшая степень ответственности наступает там, где присутствует наибольшая степень свободы выбора. Как всегда и везде: ответственность исполнителя — меньше ответственности того, кто принимает решение. Следовательно, главная сфера приложения норм этического кодекса — это регулирование ситуации свободы выбора, предоставляемого методологией.

Постоянное присутствие момента выбора и сознание личной ответственности за то или иное решение, которые сопровождают (или должны сопровождать) всех участников реставрационной деятельности, заставляют рассматривать регулирующую роль нравственных критериев как одну из основных закономерностей реставрационного процесса. Более того, нравственная мотивация реставрационного вмешательства должна быть признана приоритетной в сравнении со всеми другими (эстетическими, художественными, научно-познавательными, практически-потребительскими и т.п.). Признание ведущей роли этических критериев в иерархии рассмотренных закономерностей делает этот фактор регулятором, снижающим неизбежные риски интерпретации объекта.

Вероятно, общим правилом оценки нравственности поступка (реставрационного действия) может служить только одобрение действий на основе «экологической» методики консервации-реставрации, исходящей из признания равенства субстанций и значений памятника искусства. Иначе говоря, мирные договоренности — лучше войны до победы. Истина не нова. Ее подтверждение — во всей истории реставрации, продвигающейся от максимального воздействия и крайних позиций к минимализму и превентивной консервации, которые сделают ненужной активную реставрацию в будущем.

Первоисточник: 
Теория реставрации памятников искусства: закономерности и противоречия. БОБРОВ Ю.Г. - М., 2004
 
 
 
 
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми   Ctrl  +   Enter  .

Стоит ли самостоятельно реставрировать непрофессионалу? (2017)


  1. Технические операции требуют профессиональных навыков.

  2. Представить ход работы - это одно, а сделать - совсем другое.

  3. Не каждому памятнику пригодны стандартные методики реставрации и хранения.

  4. Некоторые методики устарели из-за выявленных деструктивных последствий.

  5. Неверно подобранные материалы сразу или в будущем нанесут вред памятнику.

  6. Если возвращаете памятнику утраченную красоту, то сохраняете ли его подлинность?

________________

В этих и во многих других вопросах разбирается только квалифицированный специалист!
  • Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы.
  • Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
  • Обучайтесь под непосредственным руководством опытного наставника.

 

Что Вы считаете ГЛАВНЫМ в процессе реставрации? (2017)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2017)


Есть ли у вас друзья реставраторы?
Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, отсутствие текста, неработающую ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.

ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС ЛУЧШИХ РЕСТАВРАЦИОННЫХ ОТЧЕТОВ И ДНЕВНИКОВ

БИБЛИОТЕКА РЕСТАВРАТОРА

RSS Последние статьи в библиотеке реставратора.