ПРО+Не используйте методические пособия в качестве самоучителя. Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы. Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
 

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ВОССТАНОВЛЕНИЯ КЕРАМИЧЕСКИХ ПОКРЫТИЙ XVII в.

Альтшуллер Б.

Изучению кровельной керамики на самих памятниках в прошлом не было уделено достаточно внимания. Десятки зданий в средней полосе России, имевшие керамические покрытия, исчезли необследованными и многие детали устройства таких покрытий пока остаются загадкой, для выяснения которой необходимо собрать и систематизировать все еще имеющиеся в нашем распоряжении материалы.

Устройство древних керамических покрытий глав и кровель может быть изучено на примере одного из совершенных произведений древнерусских мастеров второй половины XVII в.— церкви Сергия в селе Комягино1 (рис. 18, а, б). На этом памятнике еще до ненедавнего времени сохранялись значительные фрагменты разнообразных покрытий почти всех из применявшихся в XVII в. типов кровельной керамики. Пожалуй, нет ни одного сооружения того века, на котором древние покрытия были бы представлены так полно. Поэтому проведенные наблюдения имеют существенное значение как для истории древнерусской строительной техники вообще, так и для реставрации керамических покрытий в частности.

Вся кровельная керамика церкви Сергия в Комягине, за исключением квадратных плиток покрытия свода храма, относится по технике исполнения к группе так называемой лощеной2. Этот вид обработки поверхности черепицы, получивший наибольшее распространение в московском зодчестве конца XV—XVI в. (церковь Трифона в Напрудной слободе, церковь Антипия, церковь Анны в Китайгороде, церковь Николы в Мясниках в Москве и др.), ко второй половине XVII в. был вытеснен керамикой, покрытой глазурью или корпусными эмалями. Но как показывают наблюдения, лощеная, преимущественно чернолощеная, керамика в XVII в. все еще часто применялась для кровельных покрытий московских памятников. Фрагменты таких покрытий или отдельные обломки чернолощеной черепицы были найдены кроме церкви Сергия в Комягине также при исследовании церкви Николы в Пыжах, церкви Никиты за Яузой, при работах московской археологической экспедиции в Зарядье, в Саввино-Сторожевском монастыре в Звенигороде, на церкви Богоявления в Ярославле и на ряде других памятников. К сожалению, на большинстве из перечисленных памятников черепица была найдена либо в шурфах, либо в строительном мусоре на чердаках и сводах, т. е. в таком виде, когда невозможно определить многие особенности ее первоначальной установки.

На комягинской церкви обнаружены следующие виды кровельной керамики (рис. 19): «городчатая» черепица покрытия глав, квадратные плитки покрытия кокошников и свода четверика, «лотковая» черепица покрытия сводов трапезной, придела, абсид и второго слоя покрытия части свода храма. Кроме этих основных видов было найдено также несколько целых образцов и обломков других разновидностей чернолощеной черепицы, характеристика которых дана ниже. Помимо кровельных покрытий церковь Сергия в Комягине имела в древности керамические полы из красных и черных плиток, уложенные в «шахмат», а тимпаны кокошников северного придела и донца ширинок паперти были украшены муравлеными сюжетными изразцами.

Все пять глав церкви и главка колокольни сохранили в своих нижних частях керамические покрытия XVII в. (рис. 20). Состояние керамики на главах комягинской церкви было аварийным, однако устройство подобных покрытий здесь все же удалось проследить. Черепицы глав имеют в большинстве прямоугольную форму и, как указывалось, городчатое окончание. Обследованные черепицы в среднем одинакового размера—13,5Х25 (27) Х2 см с небольшим изгибом в продольном направлении. Среди керамики глав было обнаружено также несколько черепиц, имеющих трапециевидную форму хвостовой части. Черепицы были окрашены масляной краской, но оказалось, что первоначально поверхность их была лощеной и укладывались они в виде концентрических чередующихся поясов красного и черного цвета. Подобная окраска глав представляется пока уникальной. В верхних частях глав черепица не сохранилась. При одном из ремонтов XVIII в. верхи глав были покрыты железом. До настоящего времени такие же железные кожухи можно видеть на главах Покровской церкви в с. Медведкове, единственного, кроме церкви Сергия в Комягине, памятника в Московской области, сохранившего керамические покрытия глав (сделанные, однако, не из лощеных, а из зеленых поливных черепиц).

Рис. 18. Слева — вид церкви Сергия в селе Комягино с юга после реставрации; справа — вид церкви с юго-запада после реставрации

Рис. 19. Типы керамики, примененные для покрытий

№ п.п. Место применения Цвет Фактура поверхности
1 Покрытие глав Красный Черный Лощеная
2 Отдельные черепицы покрытия глав Красный Черный Лощеная
3 Ремонт покрытия кокошников Черный Лощеная
4 Покрытие основного свода и кокошников Белый  
5 Покрытие сводов абсид, трапезной и придела. 2-й слой покрытия основного свода. Водосточные лотки Черный Лощеная
6 Обломки, найдены в шурфах -"- -"-
7 Обломки, найдены в шурфах -"- -"-

При обследовании поверхности кладки глав комягинской церкви, проведенном после удаления позднего железного покрытия, на трех из них удалось найти следы крепления черепицы — обломки забитых в швы кладки глав кованых гвоздей, отверстия от утраченных гвоздей в растворе и т. п. Плохая сохранность гвоздей в верхних частях глав объясняется тем, что отдельные участки кирпичной кладки глав были при одном из ремонтов перелицованы с применением старого кирпича, а швы промазаны известью. Лицевая поверхность кирпичной кладки в верхних частях почти не сохранилась из-за плохого состояния кровельных покрытий, а раствор в швах сильно выщелочен.

Найденные фрагменты показывают, что и верхние части глав были первоначально крыты черепицей. Хранящиеся в научных фондах Москвы фотографии и древние документы позволяют сделать вывод, что для XVII в., как и для более раннего времени, характерно однородное черепичное, или лемеховое, покрытие, доходящее до подкрестного камня (церкви Косьмы и Дамиана в Кадашах, Алексея митрополита в Москве, Благовещения в Юрьевце и т. п.).

При разработке проекта реставрации керамического покрытия глав трудно было решить вопрос об изменении размеров черепицы в зависимости от изменяющегося диаметра главы.


Рис. 20. Главы церкви до реставрации

Рис. 21. Фрагмент покрытия нижней части центральной главы церкви

Рис. 22. Керамические плитки покрытия свода и кокошников основного объема церкви

Рис. 23. Принципиальная схема устройства надсводных камер

Рис. 24. Фрагмент покрытия свода чернолощеной черепицей «лоткового» типа

Рис. 25. Типы «лотковой» чернолощеной керамики, найденные на некоторых памятниках XVI — XVII вв., и реконструкция покрытия из этой черепицы

Рис. 26. Главы церкви после реставрации

Как правило, главы при проектировании и в реконструкциях изображаются с постепенным уменьшением кверху размеров черепицы. Подобная раскладка черепицы для московских памятников кажется далеко не всегда обоснованной. В самом деле, ведь такое многообразие типов черепицы неизбежно должно было привести к огромным трудностям в ее изготовлении, что, особенно в сельских условиях, представляется мало реальным. Кроме того, ни на одном из известных московских памятников не найдены черепицы более чем двух размеров. Да и средние размеры черепицы (10—13X16—23X1—2 см), примерно одинаковые как для Москвы, так и для Поволжья, говорят об известной унификации черепичного производства, исключающей кропотливую подготовку многоразмерной черепицы каждой отдельной главы. Как же в этом случае выполнялось покрытие сложных криволинейных поверхностей?

Изучение сохранившихся глав и фотографий утраченных памятников показывает, что такое покрытие может быть выполнено из одного-двух типоразмеров черепицы. Разница в длине окружности в различных рядах компенсируется либо увеличением расстояний между осями черепиц, либо отказом от строгого шахматного порядка раскладки черепицы (как по вертикали, так и по горизонтали), либо, наконец, применением черепицы трапециевидной формы. Эти приемы часто применяются совместно. Так, например, у церкви Сергия в Комягине наибольшее расстояние между гвоздями достигает в пучине центральной главы 21 см, в то время как в нижнем ряду оно составляет в среднем 13—15 см. В то же время есть и совпадение в отдельных местах вертикальных швов. Такое же совпадение швов особенно хорошо прослеживалось на главах церкви Благовещения в Юрьевце.

Можно предположить, что черепицы с трапециевидной хвостовой частью, вероятно, случайно попавшие в нижние ряды покрытия центральной главы церкви в Комягине, применялись для покрытия верхних частей главы. Подобная черепица позволяет также легко производить покрытие глав с небольшими диаметрами. Пробная раскладка черепицы на модели одной из боковых глав церкви показала, что верхние части главы без труда могут быть покрыты трапециевидной черепицей одного размера. Интересно, что большинство «городчатых» черепиц XVII в. имеет более или менее ярко выраженную трапециевидную хвостовую часть. В тех же памятниках, где применена черепица прямоугольной формы (церкви в Комягине, Косьмы и Дамиана в Кадашах), найдены и трапециевидные плитки.

У глав комягинской церкви сохранилась любопытная деталь, ныне отсутствующая на большинстве известных нам памятников. Это полица, покрывающая карниз барабана и состоящая у боковых глав из одного, а у центральной — из двух рядов черепиц. Кроме того, у центральной главы черепица укреплена вокруг карниза в виде своеобразного подзора (рис. 21). Устройство такой полицы, как, впрочем, и покрытие верхних частей глав, облегчается тем, что комягинская черепица имеет двустороннее лощение. Эта особенность позволяет варьировать ее применение, укладывая черепицу, в зависимости от необходимости, выпуклой стороной кверху или книзу.

Своды церкви Сергия в Комягине также имели в XVII в. керамическое покрытие, частично сохранившееся под поздней железной кровлей. Как показывают исследования, свод и кокошники основного объема церкви были покрыты белыми квадратными керамическими плитками размером 23X23X4 см, уложенными на известковый раствор без какой-либо гидроизоляции (рис. 19 и рис. 22). Хорошо прослеживаются некоторые детали покрытия — сопряжение с водометами, вынос плиток у кокошников и т. п. В отличие от других известных примеров подобного рода покрытий — чернолощеных плиток, найденных на церкви Анны в Китайгороде (датируются концом XVI в.), поливных плиток XVII в. Покровского собора на Красной площади или близких по назначению белокаменных кровель памятников конца XVII в. — комягинские плитки не имеют четвертей, отверстий для гвоздей или иных креплений и укладывались впритык друг к Другу по известковому раствору. По характеру керамики и технике установки они вполне соответствуют излюбленным в XVII в. керамическим полам. Применение таких плиток для кровельных покрытии на других памятниках нам неизвестно.

Одной из интереснейших особенностей перекрытий комягинской церкви (рис. 23) служит система полых кирпичных камер-сводиков, устроенных над конструктивными сводами трапезной, северного придела и абсид. Высота полого пространства между сводами достигает на абсидах и северном приделе 1,1—1,2 м. Над сводами камер сделана выравнивающая однослойная, а в ряде мест и двухслойная выстилка из кирпича «на плашку». Эта выстилка, а также то, что большинство сводиков-камер имеет значительный наклон в направлении, перпендикулярном оси основных сводов, позволили упростить форму покрытия, сведя ее; например, на трапезной к обыкновенной двускатной. Система камер и кирпичных выстилок гарантировала своды от намокания. Характерно, что в тех местах, где камеры и выстилки сохранились хорошо, существующие повреждения сводов произошли не от проникания влаги, а от осадки фундаментов, уничтожения связей и т. п. Система камер в комягинской церкви не современна древнейшему ядру памятника, однако незначительный промежуток между двумя строительными периодами (возможно, всего несколько лет) и уникальный характер этой конструкции заставляет отнестись к ней особо внимательно и отказаться от реставрации первоначальной формы покрытий (даже если бы такая возможность практически представилась). Ко времени устройства камер относится покрытие всех сводов памятника чернолощеной черепицей, имеющей форму несколько суживающегося к носовой части лотка длиной около 30 см (рис. 24). Еще 15 лет назад такая черепица сохранялась на сводах церкви в большом количестве, но отсутствие охраны памятника привело к тому, что драгоценные остатки ныне почти полностью утрачены. Все же нам удалось изучить некоторые приемы устройства такого покрытия. Уничтоженная керамическая кровля представляла собой двухрядное покрытие, в котором черепицы нижнего ряда, уложенные на слой известкового раствора, перекрывались вторым рядом такой же черепицы. Пустоты между отдельными черепицами заполнялись раствором (рис. 25).

При реконструкции керамической кровли, выполненной из черепиц «лоткового» типа, необходимо было ознакомиться с материалами исследований некоторых других памятников. Это ознакомление показало, что лотковая черепица была одним из распространенных типов керамики, применявшейся в XVI—XVII вв. для покрытия сводов. Терракотовая черепица той же формы была найдена архитектором А. В. Воробьевым на своде Архангельского собора в Московском Кремле3. Такая же по размерам, но чернолощеная черепица обнаружена архитектором С. С. Подъяпольским на чердаке церкви Введения (1519 г) в Кириллове-Белозерском монастыре. Найдена она также на многих памятниках XVII в., например, на Благовещенском приделе церкви Никиты за Яузой, на церкви Николы в Пыжах в Москве, на сводах церкви Богоявления в Ярославле и т. п. Известны примеры применения поливной лотковой черепицы. Подобной черепицей покрыт шатер Покровской церкви в Балахне (1668 г.). Интересно отметить, что все черепицы, предположительно датируемые XVI в., имеют большие размеры и несколько отличаются устройством «носика» от черепиц XVII в.

Ни на одном из перечисленных памятников, к сожалению, не сохранилось черепиц, уложенных по краю карниза. Можно, однако, предполагать, что первый ряд черепицы был просто вынесен над карнизом на половину своей длины (т. е. около 15 см), а затем прижат перекрывающими его черепицами второго ряда.

Уже сама форма черепицы позволяет считать, что эта черепица применялась и в качестве водосточных лотков. Это подтверждается некоторыми натурными наблюдениями. Хвостовые части таких керамических лотков найдены между кокошниками барабанов у церкви в селе Комягине, подобные же лотки были установлены между кокошниками придела Мины церкви Анны в Китайгороде, а также у гульбища той же церкви. Керамические лотки применялись и раньше, например на надвратной церкви Сретенского монастыря в Москве (XV в.), но были они более простой формы. Такой же лоток был найден при раскопках Московской археологической экспедицией в Зарядье.

Водометы между кокошниками верхнего яруса в Комягине выполнены из белого камня. Однако между кокошниками нижнего яруса нами также были найдены хвосты лотковой черепицы. Носовая часть этих водосливов может быть предположительно реконструирована по фрагментам чернолощеной керамики, обнаруженной в шурфах. Таким образом мы встречаем любопытный прием сочетания на одном памятнике различных типов водометов.

При реконструкции покрытия лотковой черепицей нерешенным остался вопрос о том, как был покрыт конек кровли. В Комягине не обнаружено никаких фрагментов керамики, явно подходящих для этой цели. Из материалов по другим памятникам и археологических раскопок в Москве известны образцы чернолощеной черепицы, имеющей Г-образную форму или форму конусовидного лотка. Такого типа черепица вполне могла быть использована для покрытия конька тем более, что есть примеры ее применения для покрытия гуртов шатра (церковь в Балахне, колокольня Покровского собора в Москве и т. п.). Не исключено также, что конек перекрывался и рядовой лотковой черепицей. При относительно небольшом уклоне кровли это не представляло трудностей. Ендовы были покрыты обычной лотковой черепицей. Иногда применялась и полукруглая лотковая черепица, кусок которой был найден в одной из ендов церкви Николы в Пыжах (в других ендовах на том же памятнике обнаружена обычная лотковая черепица). Этот пример еще раз подтверждает многообразие технических приемов, применявшихся древними мастерами.

В шурфах найдены несколько небольших фрагментов чернолощеной черепицы, имеющих S-образный изгиб, однако ни один фрагмент не сохранил полностью поперечного профиля. Реконструкцию формы и выяснение места применения этой керамики пока не удалось провести. Таких черепиц не удалось найти ни на других памятниках, ни в музейных хранилищах Москвы. Несколько приближаются к ним по форме чернолощеные черепицы, найденные при раскопках 1946 г. на Яузе, при прокладке очередной линии метро, а также терракотовые, найденные на одной из построек первой половины XVIII в. усадьбы Хрущева-Селезнева и на церкви Анны в Китайгороде. Характер теста в последних вызывает, однако, сомнения в их древности, а среди чернолощеных образцов нет ни одной целой черепицы.

Керамические покрытия играли существенную роль в придании памятнику художественной выразительности. Известно, что древние мастера применяли в покрытиях глав черепицу многих цветов — зеленого, желтого, синего, красно-коричневого, черного и т. п.

Создавая различные сочетания таких разноцветных черепиц, они достигали большого живописного эффекта. Интересно отметить, что полихромными были не только главы. Архитектором Н. Н. Соболевым обнаружены, например, двухцветные керамические покрытия над гульбищами XVII в. Покровского собора на Красной площади. Точно так же исследованиями автора установлено, что свод церкви Николы в Пыжах имел в древности покрытие из чернолощеных черепиц лоткового типа, кокошники же были покрыты поливной городчатой черепицей зеленого цвета. У церкви в Комягине на каком-то этапе, по-видимому, белые квадратные плитки покрытия основного свода сосуществовали с черной лотковой керамикой и т. п.

Все эти примеры показывают, что не только покраской стен и архитектурных деталей определялся внешний вид здания. Особое значение приобретает полихромия покрытий при однотонной побелке фасадов. А ведь именно такую окраску имели многие памятники XVII в., в том числе и церковь Николы в Пыжах, и ее более поздние реплики — церковь Знамения у Петровских ворот и церковь Сергия в Комягине4.

Осенью 1959 г. покрытия глав комягинской церкви были восстановлены в натуре. Но для упрощения и удешевления производства недостающие черепицы заменили окрашенным деревянным лемехом, имитирующим по цвету лощеную керамику. Деревянный лемех был изготовлен из осины, пропитан горячей олифой и покрашен масляными красками. Крепление его осуществлено с помощью шиферных с оцинкованной шляпкой гвоздей, забитых в швы кирпичной кладки глав.

При восстановлении покрытий особое внимание было уделено сохранению подлинной керамики. Проржавевшие гвозди у отдельных черепиц пришлось заменить. Кроме того, за почти трехвековой период своего существования черепицы во многих местах утратили лощеную поверхность, а в начале XX в. были окрашены зеленой масляной краской. Опыты показали, что даже в лабораторных условиях удаление затвердевшего красочного слоя и шпаклевки с поверхности черепка — это трудоемкий процесс. Поэтому в натуре черепицы были очищены только от шелушащейся краски и затонированы под первоначальный их цвет.

Как и предполагалось, покрытие глав удалось осуществить с помощью двух типов лемеха. При этом в верхних рядах у отдельных трапециевидных лемехов пришлось незначительно подколоть одну из боковых сторон5. Некоторое затруднение представило покрытие участка с переменной кривизной при переходе от сферической главы к конусовидной кирпичной кладке. В этом случае более или менее плотное примыкание черепицы к кладке достигается путем уменьшения вертикальных расстояний между гвоздями, гвозди забиваются не через два ряда кирпича, а в каждый горизонтальный шов.

У комягинской церкви, как и на многих московских памятниках конца XVII — начала XVIII в., над кирпичными главами сохранились небольшие металлические журавцы, время устройства которых неизвестно. При исследовании памятника не удалось достоверно установить, были ли первоначально под-крестные конусы и шары белокаменными или металлическими. Поэтому при восстановлении их было решено сохранить существующую конструкцию. Выполненные из кровельной стали конусы и шары окрашены белой масляной краской (рис. 26).

Поскольку последние работы по памятнику носили в основном консервационный характер, пока не удалось восстановить все керамические кровельные покрытия. На церкви сделаны металлические кровли по дощатым стропилам и обрешетка. Частично (над абсидами, северным приделом и сводом четверика) они почти повторяют по очертаниям и отметкам древние кровли; у трапезной же и юго-западной части паперти пришлось сохранить сделанную в XVIII в. накладку стен и соответственно завысить отметку карниза. Хочется надеяться, что при последующих реставрациях комягинской церкви покрытиям уникального памятника будет возвращен их древний облик.

_________

1Памятник был обмерен в 1943 г. арх. О. Брайцевой и Л. Варзар, а в 1951 г. обследован арх. Л. Давидом. С 1953 г. исследовательские работы по этому памятнику производились автором настоящей статьи.

2Подробнее о лощеной керамике см. статью М. Рабиновича «Московская керамика» в «Материалах по археологии СССР», № 12, 1949, стр. 67—80.

3В конце 1962 г. ВПНРК была проведена большая работа по исследованию древних керамических покрытий сводов Архангельского собора. Отчет об этой работе хранится в архиве ВПНРК.

4Северный придел комягинской церкви был, по-видимому, после перестройки конца XVII—начала XVIII в. окрашен «под кирпич» мумией с нарисованными швами, зачастую не совпадающими со швами кладки. Это любопытный пример изменения в конце века художественных вкусов.

5Следует отметить, что и подколка черепицы, безусловно, имела место в древности. Об этом свидетельствуют, например, черепицы со сколотыми гранями, найденные при расчистке сводов церкви Анны в Китайгороде.

Первоисточник: 
Теория и практика реставрационных работ. Сборник № 3. НИИТИиППСА. М., 1972
 
 
 
 
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми   Ctrl  +   Enter  .

Стоит ли самостоятельно реставрировать непрофессионалу? (2018)


  1. Технические операции требуют профессиональных навыков.

  2. Представить ход работы - это одно, а сделать - совсем другое.

  3. Не каждому памятнику пригодны стандартные методики реставрации и хранения.

  4. Некоторые методики устарели из-за выявленных деструктивных последствий.

  5. Неверно подобранные материалы сразу или в будущем нанесут вред памятнику.

  6. Если возвращаете памятнику утраченную красоту, то сохраняете ли его подлинность?

________________

В этих и во многих других вопросах разбирается только квалифицированный специалист!
  • Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы.
  • Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
  • Обучайтесь под непосредственным руководством опытного наставника.

 

Что Вы считаете ГЛАВНЫМ в процессе реставрации? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)

«Дружба — личные взаимоотношения между людьми, основанные на общности интересов и увлечений, взаимном уважении, взаимопонимании и взаимопомощи». (Дружба—Википедия)

«Знакомство — отношения между людьми, знающими друг друга». (Знакомство—Викисловарь)

Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, отсутствие текста, неработающую ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.

ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС ЛУЧШИХ РЕСТАВРАЦИОННЫХ ОТЧЕТОВ И ДНЕВНИКОВ

БИБЛИОТЕКА РЕСТАВРАТОРА

RSS Последние статьи в библиотеке реставратора.

НазваниеАвтор статьи
УЧЕБНИК РУССКОЙ ПАЛЕОГРАФИИ (1918) Щепкин В.Н.
МАТЕРИАЛЫ И ТЕХНИКА ВИЗАНТИЙСКОЙ РУКОПИСНОЙ КНИГИ Мокрецова И. П., Наумова М. М., Киреева В. Н., Добрынина Э. Н., Фонкич Б. Л.
О СИМВОЛИКЕ РУССКОЙ КРЕСТЬЯНСКОЙ ВЫШИВКИ АРХАИЧЕСКОГО ТИПА Амброз А.К.
МУЗЕЙНОЕ ХРАНЕНИЕ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ЦЕННОСТЕЙ (1995) Девина Р.А., Бредняков А.Г., Душкина Л.И., Ребрикова Н.Л., Зайцева Г.А.
Современное использование древней технологии обжига керамических изделий Давыдов С.С.