ПРО+Не используйте методические пособия в качестве самоучителя. Здесь разбирается только квалифицированный специалист!
 

Аналитический метод реставрации памятников архитектуры получил, как мы уже говорили, свое развитие и свое широкое применение на практике только после первой мировой войны. Однако практические результаты применения этого метода, даже в первых еще не частых реставрациях такого рода, оказались столь значительными, а принципиальные обоснования его в различных теоретических трудах были столь вескими, что уже с конца XIX в., а особенно в начале XX в., основные концепции последователей этих взглядов получают отражение в законодательстве различных стран.

В венгерском законе (1881 г.) в статье первой используется еще формулировка «художественный памятник» 1. Однако новые взгляды и здесь уже пробивают себе дорогу, что, в частности, выражается в том, что указанный термин дальше расшифровывается следующим образом : «под названием «художественный памятник» подразумевается всякая находящаяся на земле или под землей постройка или принадлежности к ней, имеющие ценность исторического или художественного памятника».

Несколько неясной представляется формулировка итальянского закона, в котором понятие «архитектурный памятник» не расшифровывается, как не требующее разъяснения, но отмечается, вместе с тем, что охране подлежат всякие предметы, имеющие ценность по своей древности или искусству 2.

В законе швейцарского кантона Берн говорится о строительных памятниках, имеющих цену, как «древности»3.

Вместе с тем в Гессенском законе 1908 г. составитель его уже твердо становится на новые позиции, характеризуя архитектурные памятники, как «сооружения, имеющие значение для истории и истории искусства»4, а в законе швейцарского кантона Невшатель (1908 г.) ссылка на возможное значение здания, как памятника искусства, или хотя бы, как памятника истории искусства, уже совершенно опущена, и речь идет лишь о «памятниках, представляющих для страны исторический интерес»5.

Любопытно в этом отношении изменение формулировок в русских официальных документах конца XIX — начала XX в. В утвержденном в 1898 г. временном уставе Академии художеств, на которую в то время наряду с Археологической комиссией была возложена основная доля забот по охране памятников архитектуры в нашей стране, говорится, что Академия художеств должна «наблюдать, чтобы памятники искусства в Империи не уничтожались, а равно не обновлялись без ведома и участия Академии»6. Здесь, таким образом, составитель официального документа целиком еще придерживается «художественной» концепции в оценке общественного значения архитектурных памятников. Однако уже в документах комиссии по разработке проекта закона об охране памятников архитектуры, созданной в 1902 г., фигурирует около 1908 г. формулировка о том, что памятниками зодчества могут быть сооружения, «имеющие значение по своему происхождению, художественным достижениям, исторической или археологической ценности»7. А в самом проекте закона (1911 г.), в статье первой говорится, что охране подлежат памятники архитектуры, «которые признаны имеющими значение исторического познания и любви к отечественной истории»8. Следовательно, общественное значение памятников как исторического источника, как научного документа истории в 20- х годах нашего века, становится в России общепризнанным. Такое понимание их становится в России официальной точкой зрения.

Наиболее всестороннюю формулировку понятия мы находим тогда в английском законе 1913 г., где говорится, что архитектурными памятниками являются такие, «сохранение которых имеет общественное значение, благодаря заключенной в них исторической, архитектурной, мемориальной, художественной или археологической ценности»9.

Вместе с тем наиболее подробное разъяснение сущности нового, но, как мы видим, уже общепризнанного в начале XX в. понятия «архитектурный памятник» дал представленный еще в 1884 г. Баденский проект закона, в котором говорится : «Все недвижимые и движимые предметы, которые происходят из законченного культурного периода и как характерные свидетели времени своего возникновения имеют особое значение для понимания искусства и художественной промышленности и ее исторического возникновения, для знания древности и для исторического исследования вообще, а также для сохранения воспоминаний о событиях, имевших выдающийся исторический интерес — суть памятники в смысле этого закона и подлежат попечению государства» 10.

Несмотря на такое единодушие, проявленное не только в общественном мнении различных стран, но и в официальных документах соответствующих правительств, о существе понятия «архитектурный памятник», а следовательно, и об общей направленности в методике реставрационных работ, в практической деятельности по реставрации памятников архитектуры наблюдались иногда существенные отклонения от новых принципов. Своеобразие местных условий и местных особенностей в реставрационной практике различных стран могло бы дать основание для выделения различных «школ» в реставрационной практике начала XX в.

Италия, Греция и Россия, как мы видели, ближе всех подошли к использованию важнейших принципов аналитического метода в их наиболее чистом виде. Об этом говорят и выдающиеся образцы проведенных там реставрационных работ и основные, изданные там теоретические труды.

Страны Центральной Европы благодаря значительной децентрализации системы охраны памятников, которая особенно в германских «землях» была почти всецело передана местным органам самоуправления, не проявили значительного единообразия в методах реставрации древних зданий. Наряду со сторонниками новых методов здесь вплоть до самого конца XIX в. проявляли свою активность и многие последователи синтетического метода 11.

Франция была первой из европейских стран, развернувших широкую деятельность по реставрации и охране архитектурных монументов ; в середине XIX в. она была образцом в постановке охраны древних зданий, но в дальнейшем несколько отстала от общего течения. В конце Х! Х и даже в начале XX в. в ней повсеместно продолжали еще бытовать укоренившиеся традиции последователей синтетического метода, лишь отчасти сглаженные влиянием новых теоретических трудов и практических работ. Эта отсталость во Франции конца XIX в. сказалась в известной мере даже в формулировках текста французского закона об охране памятников архитектуры.

Одно из основных и очень существенных положений новой теории, высказанное еще Риглем и в той или иной форме выраженное в различных трудах других ученых — об имманентной исторической ценности каждого произведения древней архитектуры, являлось аксиомой, не требующей доказательств для научных и официальных кругов всех стран. Это, как мы видели, получило более или менее отчетливое выражение в основных формулировках их законодательств. Во французском законе, в первой его статье понятие «архитектурный памятник» суживается до границ зданий или сооружений, «сохранение которых с точки зрения истории или искусства может иметь национальный интерес»12. Вместе с тем присвоение тому или иному зданию или сооружению значения «архитектурного монумента» здесь ставилось в зависимость от предварительной его регистрации, от внесения его в утвержденный список памятников архитектуры Франции.

Очевидно, что внесение здесь в определение сущности архитектурного памятника упоминания о его значении для истории было чисто механическим, было лишь уступкой новым веяниям. Историческая ценность любого памятника архитектуры, как внутренне ему присущая, не может зависеть от акта внесения его в тот или иной список. Необходимость общественного признания очевидна лишь для художественной ценности памятника, в частности, и потому, что художественные вкусы постоянно меняются. Таким образом, требование французского закона о предварительном общественном признании «национального интереса» конкретного здания и о внесении его в утвержденный список, после чего здание только и становится «памятником архитектуры», является пережитком «художественной» концепции понятия «архитектурный монумент» и вполне соответствовало сохранявшимся еще во французской реставрационной практике начала XX в. пережиткам методов «художественных» реставраций.

В соответствии с этим особенностью французской школы даже в начале XX в. было широкое использование приемов «художественных» реставраций, таких как стремление к полной имитации, к подделке вновь введенных в здание частей под древние, вплоть до искусственного нанесения на новые части и элементы «патины времени», с помощью различных химических средств. Это противоречило основным принципам и практическим приемам аналитического метода реставрации. Подобным же образом, при необходимости дополнить древнее здание — памятник, французы избегали малейших попыток внесения в пристройки каких - либо элементов или особенностей нового, современного стиля, но выполняли такие пристройки, подделываясь под стиль древнего сооружения.

Заметное влияние концепций аналитического метода реставрации сказалось во Франции начала XX в. лишь в том, что был отменен главный тезис «стилистов» — о необходимости добиваться в процессе реставрации здания полного единства его стиля, с устранением всех позднейших наслоений. Все это теперь сохранялось во французских зданиях в меру признания «национального интереса» таких наслоений и добавлений, в меру признания их художественной значимости.

На фоне смешения еще не полностью отживших старых традиций «художественных» реставраций и новых приемов аналитического метода отчетливо выделялась английская школа. Ее значение заключалось в том, что в работах английских реставраторов наметились некоторые особенности, предвосхищавшие дальнейший процесс развития научных методов. Английская концепция аналитического метода в известной мере предопределила тот поворотный пункт, на котором стали потом обрисовываться перспективы развития новых, современных методов восстановления и консервации древних зданий - памятников.

Одной из существенных особенностей английской школы было то, что она вовремя и на верную почву поставила вопрос о невозможности точной имитации древнего стиля и его архитектурных форм и правильно обосновала этот тезис. Уже Джон Рёскин говорил, что невозможно, как невозможно воскресить мертвого, восстановить что - либо, что было великим или красивым в архитектуре 13. Выступления других английских искусствоведов и художников дали верный анализ проблеме.

В этом отношении особенно интересны высказывания известного английского художника и социалиста Уильяма Морриса, который в своих статьях вскрывал разлагающее влияние развивающегося капитализма на искусство. Он отчетливо показал, что капиталистический способ производства порождает новые методы художественного производства, новый характер искусства. Вследствие этого воспроизвести старые формы возможно лишь возродив старые формы производственных отношений, старое художественное производство.

«Было время, — говорит Моррис, — когда... воображение и фантазия примешивались ко всем вещам, которые создавал человек ; и в те дни все ремесленники были художниками, как нам следовало бы и называть их» 14. Вместе с тем, заявляет он, «реставраторы... думают, что каждый способный архитектор может теперь экспромтом справиться с работой древних ; что, хотя все другое изменилось вокруг нас, скажем, с XIII в., искусство будто бы не изменилось и что наш рабочий может выполнить работу такую же, как и рабочий XIII в. » 15.

Стремясь возродить былое значение искусства, его влияние на повседневную жизнь, а также восстановить художественную промышленность, Уильям Моррис создал специальные мастерские и артели ремесленников. Это были, разумеется, утопические стремления, но тем не менее эта попытка была единственной мыслимой в наше время возможностью создать кадры рабочих, в том числе и каменщиков, которые могли бы выполнять вместо жестких и бездушных имитаций творчески осознанные детали древних зданий.

Это было быстро усвоено английской школой реставрации. Широкая известность Уильяма Морриса, его конкретное участие в развитии теории английской реставрационной школы сыграли свою положительную роль и позволили английским реставраторам твердо стать на путь отказа от «художественных» реставраций, на путь использования научных методов реставрации, общепринятых в Великобритании с конца XIX в. до наших дней.

Значительную роль в установлении и сохранении верного направления развития английской школы реставрации сыграло основание в 1867 г. английского Общества защиты древних зданий, во главе которого стали крупнейшие деятели английского искусства и искусствоведения того времени : Уильям Моррис, Берн Джонс, Джон Рёскин и т. д. Общество приняло на себя охрану и защиту от повреждений и искажающих реставраций всех архитектурных памятников Великобритании еще до издания первого английского закона об охране их (1899 г.), что существенно отличает английскую систему охраны памятников архитектуры от таковой в других европейских странах.

Благодаря значительной активности в этом вопросе английской общественности, деятельность которой привела к организации указанного общества, обсуждавшего ежегодно результаты своей работы и публиковавшего свои отчеты, все мероприятия по охране и надзору за реставрационными работами были в Англии даже более действенными, чем это могло бы быть при надзоре одного лишь государства, законодательные акты которого, кстати, там не касались церквей и некоторых других категорий архитектурных памятников. Особенно важным было то, что постоянное широкое общественное обсуждение проблем, связанных с реставрацией и охраной древних зданий, помогло выработать в Великобритании строгие научные принципы проведения реставрационных работ, характеризующие английскую школу реставрации.

Раз отказавшись от всякой имитации, английские реставраторы отказались и от дополнения и целостного восстановления разрушенных или поврежденных памятников. В случае необходимости поддержать разрушающиеся элементы древнего здания, особенно если это здание эксплуатировалось, англичане допускали, разумеется, соответствующие вставки вместо разрушенных частей, но обычно делали такие вставки заметными. При этом, если поврежденный элемент не отличался особой изысканностью и утонченностью формы, то вводимые в него для укрепления сохранившихся частей вставки не повторяли детальной формы элемента, но воспроизводили ее лишь в общем абрисе.

Пример такой вставки мы видим, среди прочих, на портале церкви в Бенингтоне (Херфортшир). Здесь нижняя часть пучка колонн, поддерживающего архивольт стрельчатой арки, разрушилась и заменена круглой вставкой, повторяющей лишь общий абрис пучка, но не детальную растеску составляющих его колонн. Эта вставка сделана такого размера и такой формы, как если бы она была вставлена в период постройки самого здания, но по каким - то причинам не была дотесана до нужной формы. Эта вставка представляет собой как бы блок, заготовленный, но не доработанный до своей окончательной формы самим строителем церкви.

В других случаях, когда поврежденный элемент являлся частью художественной резьбы, внедрение в которую грубого элемента могло значительно исказить художественный облик целого, английские реставраторы использовали вставки, дотесанные до нужных размеров и формы и отличающиеся от подлинных, древних, лишь цветом камня (преимущественно за счет наличия на древних камнях «патины времени»).

Примером такой реставрации могут служить каменные переплеты окна церкви в Рингмере (Суссек, XIV в.) или обрамление портала там же (рис. 135 и 136), выполненные из специального раствора.

Рис. 135. Церковь в Рингмере Колонки портала до реставрации.

Рис. 136. Колонки портала после реставрации.

Уже в начале XX в. одной из существенных особенностей английской школы реставрации явилось большое внимание к инженерно - техническим вопросам консервации памятников архитектуры, к защите поверхности камней от эрозии и т. п. Свое широкое развитие, однако, эти особенности получили в Великобритании позднее.

____________

1 Wi е 1and С. A. Der Denkmal und Ileimatschutz in der Gesetzgebung der Gegcnwart, S. 16.

2Там же, стр. 23.

3Там же, стр. 25.

4 Там же, стр. 26.

5 Wieland С. A. Dcr Denkmal und Heimalschutz in der Gesetzgebung der Gegenwart, S. 45.

6Смолин В. Ф. Краткий очерк истории законодательных мер по охране памятников старины в России. П., 1917, стр. 144.

7Там же, стр. 146.

8Замечания Московского археологического общества по поводу внесения Министерством внутренних дел в Государственную думу законопроекта «Положение об охране древностей», стр. 3.

9 Ancient monument Consolidation and Amendment Act 1913 3 and 4 Geo 5 Ch. 32.

10 Brown G. В. The Care of ancient monuments Cambridge, 1917, p. 110.

11Сравнить, например, некоторые положения речи Пауля Торнова на съезде по охране архитектурных памятников в Дрездене. Die Denkmalpflege, 1912, № 15, S 113

12Сравнить с формулировкой английского закона, где архитектурным памятником является здание или сооружение, сохранение которого имеет общественное значение, благодаря заключенной в нем исторической ценности формулировку французского закона, где архитектурным памятником является здание или сооружение, сохранение которого имеет общественное значение с точки зрения истории и т. д. Во втором случае историческая ценность архитектурного памятника не признается его имманентной особенностью.

13 Ruskin. Op. cit., p. 179.

14 Morris W. The lesser arts (1877). Hopes and fears for Art. The collected works, v. XXII. L., 1914, p. 9.

15 Morris W. The Beauty of Life (1880). Там же, р. 69—70.

Первоисточник: 
РЕСТАВРАЦИЯ ПАМЯТНИКОВ АРХИТЕКТУРЫ (развитие теоретических концепций). Е. В. МИХАЙЛОВСКИЙ, М., 1971
 
 
 
 
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми   Ctrl  +   Enter  .

Стоит ли самостоятельно реставрировать непрофессионалу? (2018)


  1. Технические операции требуют профессиональных навыков.

  2. Представить ход работы - это одно, а сделать - совсем другое.

  3. Не каждому памятнику пригодны стандартные методики реставрации и хранения.

  4. Некоторые методики устарели из-за выявленных деструктивных последствий.

  5. Неверно подобранные материалы сразу или в будущем нанесут вред памятнику.

  6. Если возвращаете памятнику утраченную красоту, то сохраняете ли его подлинность?

________________

В этих и во многих других вопросах разбирается только квалифицированный специалист!
  • Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы.
  • Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
  • Обучайтесь под непосредственным руководством опытного наставника.

 

Что Вы считаете ГЛАВНЫМ в процессе реставрации? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)

«Дружба — личные взаимоотношения между людьми, основанные на общности интересов и увлечений, взаимном уважении, взаимопонимании и взаимопомощи». (Дружба—Википедия)

«Знакомство — отношения между людьми, знающими друг друга». (Знакомство—Викисловарь)

ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС ЛУЧШИХ РЕСТАВРАЦИОННЫХ ОТЧЕТОВ И ДНЕВНИКОВ
Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, отсутствие текста, неработающую ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.