ПРО+Не используйте методические пособия в качестве самоучителя. Здесь разбирается только квалифицированный специалист!
 

Организация работ по реставрации в Московском Кремле в 1918 году

РОСЛАВСКИЙ В.М.

Целью данной работы является ретроспективный показ процесса создания реставрационных организаций в РСФСР в течение первого послереволюционного года. Необходимость подобного исследования обосновывается не только отсутствием многих важных сведений об этом этапе строительства реставрационного дела в стране, но и спорностью многих положений, утвердившихся в литературе, посвященной начальному периоду становления советской реставрационной школы.

Особенностью подавляющего большинства современных публикаций, освещающих реставрационную жизнь тех лет, является то обстоятельство, что рассмотрение послереволюционной реставрации начинается в них с мая 1918 года. Это утверждение опирается на указание, в котором говорится, что 28 мая при Наркомпросе была создана Музейная коллегия, во главе которой оказался художник, историк искусства и музеевед И.Э. Грабарь, организовавший в Кремле комиссии по реставрации памятников древней живописи и архитектуры. Складывается впечатление, что только с его приходом реставрационная деятельность в стране получила возможность беспрепятственного развития, и после революции кроме него вопросами охраны и реставрации памятников старины никто не интересовался.

На самом деле уже в декабре 1917 г. задачи выявления, охраны памятников старины и реставрации поврежденных во время октябрьского обстрела Кремлевских зданий были переданы в ведение бывшего Министерства двора, переименованного в Наркомат имуществ Республики. В его подчинение вошли не только саморганизовавшиеся к тому времени в Петрограде и в пригородных дворцах столицы художественно-исторические комиссии, но и созданная в Москве комиссия Моссовета, одной из важнейших целей которой была именно реставрация разрушенных памятников Московского Кремля

Необходимо отметить, что еще до организации указанной комиссии в Московском Кремле уже велась масштабная реставрация, начатая еще в 1912 году. Поэтому появление там сотрудников новой комиссии было встречено «скрытой враждой и пассивным сопротивлением» старых специалистов . Такое отношение с их стороны было спровоцировано тем, что члены, входившие в комиссию Моссовета, имели собственное мнение о целях и задачах современной реставрации. В согласии с ним они единогласно постановили, «что все снаряды, попавшие в здания Кремля, меньше нанесли вреда… памятникам, чем невежественная малярная реставрация дивных фресок Успенского собора». В связи с чем, комиссия Моссовета приостановила ведущуюся в Кремле работу, приступила к срочному исправлению повреждений, нанесенных постройкам Кремля во время обстрела.

Вопросы же принципов современной реставрации, вызывавшие разногласия у специалистов, предложено было решить позже, посвятив им специальное совещание, с приглашением на которое руководство комиссии обратилось к художественным и ученым коллективам. Однако это совещание так и не смогло состояться. Причиной его задержки явился бойкот, организованный московским Объединенным комитетом по охране собрания и памятников искусства и старины. Этот комитет, созданный 27 ноября 1917 г., отказался сотрудничать с представителями новой власти, так как руководящий аппарат комитета, не признавал полномочий назначенных комиссаров в рассмотрении вопросов искусства. Не соглашаясь с политикой большевиков, комитет положил в основу своей работы три принципа, «на которых он считал возможным плодотворно вести работу по охране: аполитичность и независимость своей деятельности, и демократичность своей организации» и выдвинул идею о проведении референдума, решениями которого и должны были руководствоваться правительственные комиссары.

Естественно эти условия, одним из вдохновителей которых был И.Э. Грабарь , были отвергнуты, а профсоюз деятелей искусств «Изограф», поддержавший комиссию Моссовета, не был полномочен рассматривать принципиальные вопросы реставрационной деятельности. Поэтому основной задачей комиссии стала практическая работа по ремонту и устранению повреждений зданий Московского Кремля, большая часто которой была завершена уже к осени 1918 г.

Кроме комиссии, организованной в Москве, в Петрограде продолжала свою деятельность Императорская археологическая комиссия, являвшаяся на тот момент центром реставрационного дела в стране. Ее специалисты давно получили известность, осуществляя контроль над реставрационными работами в стране. А издаваемые ею сборники «Вопросы реставрации», на страницах которых общественность знакомилась с достижениями современной реставрации, продолжали выходить и в революционном 1917 и тяжелейшем 1918 годах. Именно ее специалисты - П.П. Покрышкин и К.К. Романов – являлись многолетними консультантами реставрации, ведшейся в Кремле, и вскоре снова были приглашены к участию в решении ее вопросов.

Однако март 1918 г. вносит перемены в руководство реставрационным делом в стране. Условия, на которых большевики подписали Брестский мирный договор, заставили эсера В.А. Карелина, возглавлявшего до этого Наркомат имуществ, как и других эсеров, выйти из советского правительства. А ведь на средства именно этого ведомства осуществлялось финансирование всех реставрационных работ. Уход В.А. Карелина позволил наркому по просвещению А.В. Луначарскому поднять вопрос о передаче функций охраны памятников старины своему ведомству. Возможность этого определялась тем, что временно исполняющий обязанности наркома имуществ П.П. Малиновский был не в состоянии самостоятельно противостоять оказываемому на него со стороны Наркомпроса давлению.

Одним из первых шагов А.В. Луначарского в этом направлении явилось создание Коллегии по делам музеев в Петрограде. Однако ее появление в конце марта 1918 г. было омрачено тем обстоятельством, что к этому времени столица уже была перенесена в Москву, в которой действующих охранных организаций у Наркомата по просвещению не оказалось. В этой связи в ускоренном порядке А.В. Луначарский приступает к формированию московского отделения коллегии. Помощь в этом начинании он находит у И.Э. Грабаря, который на протяжении всего послереволюционного времени старался попасть в руководство новых органов, связанных с вопросами искусства и охраны памятников древности . После переговоров с наркомом, длившихся с апреля 1918 г. , И.Э. Грабарь в середине мая принял предложение возглавить новое ведомство .

Заступив 28 мая 1918 г. в новую должность, И.Э. Грабарь с одной стороны выполнял условия А.В. Луначарского по дискредитации органов Наркомата имуществ. При этом с первого дня работы коллегии он приступает к формированию исследовательской организации по изучению древнерусской живописи, которая уже 10 июня начинает свою деятельность. Скоро в целях отстранения от участия в ее работе нежелательных для ее руководителя фигур эта искусствоведческая, по сути, организация получает статус реставрационной, хотя по-прежнему продолжает заниматься только исследованиями древнерусской живописи посредством расчистки ее от более поздних наслоений .

В июле 1918 г. наступает полный разрыв большевиков с эсерами, который позволил Наркомату по просвещению полностью поглотить остававшиеся еще дееспособными подразделения Наркомата Имуществ и тем самым покончить с приоритетом данного ведомства в руководстве реставрационными работами в Московском Кремле, а также в восстановительных мероприятиях, начатых Наркоматом имуществ в Ярославле. Окончательно отстраняя П.П. Малиновского от управления ремонтно-реставрационными работами, новые администраторы мотивировали это единственно заботой о сохранении памятников. Они указывали, что «архитектурные реставрации как бы желательны они не были в данное время представляются осуществимыми лишь в самых скромных размерах… лишь там, где это являлось безусловно необходимым, там, где… угрожает опасность разрушения… где работы не сопряжены с непомерными расходами». Основной смысл работ определялся «поддержанием памятника, его укреплением» .

Однако созданные для ремонта и реставрация Кремля Центральная и Кремлевская реставрационные комиссии свои усилия направили не на проведение необходимого ремонта, а приступили к дорогим, но более выигрышным реставрациям памятников Кремля и других архитектурных объектов . Почти по всем памятникам Кремля И.В. Рыльский предлагает отложить работы до весны с установлением их очередности . Принимается предложение А.В. Щусева о разделении работ по мере срочности на три категории, к первой из которых были отнесены художественные работы, а работы ремонтного и утилитарного характера – ко второй и третьей .

Таким образом, несмотря на данные ранее обещания, все работы предохранительного характера были новым руководством отставлены и ограничились лишь теми ремонтами, которые к концу лета 1918 г. уже успели осуществить сотрудники Наркомата имуществ. Вот как об этом говорит руководитель работ в Кремле И.В. Рыльский: «С зимы 1918 г… было преступлено к обследованию зданий и поставлены задачи чисто реставрационного порядка: выявление древних первоначальных форм там, где они были утеряны окончательно… или были искажены» . Результаты этих исследований известны – раскрытие Патриаршего дворца, церкви Ризоположения и некоторых других памятников Кремля.

Осенью 1918 г. для ознакомления с реставрационными работами, ведущимися на памятниках архитектуры и живописи Московского Кремля, приглашаются ведущие специалисты Петрограда П.П. Покрышкин и К.К. Романов. Основной идеей их приглашения являлось получение одобрения с их стороны по поводу осуществлявшихся реставрационных мероприятий. Однако реставраторы ИАК оказались более требовательны к принципиальной стороне постановки реставрационного дела в Москве. Осмотрев работы и выслушав доклады И.Э. Грабаря о реставрации древнерусской живописи и И.Е. Бондаренко о реставрации архитектурных объектов, они указали «на отсутствие принципиальных требований» и необходимости доработки представленных на обсуждение инструкций.

Дальнейшие события показали, что у представителей Москвы и специалистов Петрограда не существует единого мнения на цели и задачи реставрации. Поэтому сотрудничество, едва наметившееся между ними в конце 1918 г. , не только очень скоро пресеклось, но и, наоборот, приняло форму отрытого противостояния. Однако москвичи смогли обезопаситься от такого поворота дела еще в 1918 г., создав на основе своего отделения коллегии Всероссийскую коллегию по делам музеев. Несмотря на то, что формально она состояла из двух частей – петроградской и московской – но численный перевес в ней представителей последней предопределил, что главную роль в принятии всех решений остается за москвичами. Не смогла помешать этому и направленная на изменение этого положения реорганизация ИАК в Академию археологических знаний , которая, не смотря на компетенцию своих специалистов, смогла стать только научно-консультативным органом коллегии. Все это привело к тому, что с 1919 г. вопросы реставрационной теории и практики все больше сосредотачиваются в Москве, постепенно отстраняя специалистов города на Неве на периферию реставрационной жизни страны.

Политика, проводимая руководящим аппаратом московской части коллегии привела к тому, что до сегодняшнего дня остается неизвестной не только реставрационная деятельность в 1918 г. специалистов ведущего центра страны - ИАК, но и других реставрационных организаций. В октябре 1918 г. была распущена Комиссия по реставрации Успенского собора , а Комиссия Моссовета уже в начале 1919 г. была понижена в своем статусе до органа местного значения . О реставрационной работе, ведшейся в то время в крупнейших музеях страны – Эрмитаже и Русском музее – почти ничего не известно, а реставрационная мастерская Комитета по изучению древнерусской живописи просто выпала из истории отечественной реставрации. Что же касается реставраторов, не состоявших на государственной службе, то в их помощи по решению московской коллегии республика не нуждалась. В ноябре 1918 г. в Комиссариат труда профсоюза реставраторов предложил свои услуги по восстановлению памятников старины и организации курсов для обучения необходимых для создающихся музеев реставраторов. Однако у страны не оказалось заказов для союза профессиональных реставраторов, желавших спасти от «окончательной гибели» неисчислимое количество изувеченных произведений искусства .

Примечания:

  1. Овсянникова Е.Б. Из истории Комиссии Моссовета по охране памятников. СИ 81. М.: Сов. Художник, 1982. С. 263-330.

  2. Комиссия по охране памятников искусства и старины Совета Рабочих, Солдатских и Крестьянских депутатов Москвы и Московской области. // Известия художественно-просветительного отдела Московского совета Рабочих, Солдатских и Крестьянских депутатов. М.: 1918. № 1. С 17.

  3. ОР ГТГ. Ф. 106. ОП. 6. Д. 15678. ЛЛ. 1-3.

  4. Самих документов о контрреволюционных выступлениях И.Э. Грабаря найти не удалось. Но в записке Е.В. Орановского, отправленной 8.08.1918 г. через управделами СНК А.В. Луначарскому, этот факт находит подтверждение. В ней говорится, что в Музейной коллегии Наркомпроса «сконцентрировались музееведы последовательные враги Советской власти, боровшиеся и борющиеся с ней с октября 1917 г… прежде извне открыто – теперь изнутри скрытно под общим руководством И. Грабаря…». ОР ГТГ. Ф. 106. ОП. 8.

  5. Д. 17066. Л. 3.

  6. Так, после неудачи с Объединенным комитетом, претендовавшим на управленческие функции в вопросах искусства, И.Э. Грабарь вошел в руководство комиссии по охране художественных сокровищ при союзе кооператоров России. См.: Для чего и как надо охранять и собирать сокровища искусства и старины. // Кооперация и искусство. М.: Изд-во Кушнерова, 1919. 32 с.

  7. Конфликт, разразившийся в Третьяковской галерее, где в то время И.Э. Грабарь был директором, грозил ему увольнением; «тогда – как писал И.Э. Грабарь жене – приехал Луначарский «спасать Грабаря», как он сам говорил мне. Он просил меня приехать и побеседовать на художественные темы». См.: Игорь Грабарь. Письма 1917-1941. М.: Наука, 1977. С. 18.

  8. В своем письме жене он писал: «…моя Коллегия называется так: Коллегия по делам музеев и охране памятников старины. Она сконструирована почти всецело мною, мною написана декларация ее, разработана вся программа и т. д.». См.: Игорь Грабарь. Письма 1917-1941. М.: Наука, 1977. С. 19

  9. Официально заведующим отделом была назначена Н.И. Троцкая, но в действительности реальное руководство осуществлял И.Э. Грабарь, а на жене видного большевика лежали, в основном, лежали представительские функции. См.: Рославский В.М. Становление учреждений охраны и реставрации в РСФСР 1917-1921 гг. М.: Полимаг, 2004. С. 117-120.

  10. См.: Художественная комиссия по обследованию древнерусской живописи. // Искусство, театр, живопись, музыка, скульптура. Издание театрально-музыкальной секции Отдела Народного Просвещения Московского совета РСиК депутатов. М.: 1918. №4(8). С. 26. Параллельно с этой комиссия создается близкая к ней по задачам «Особая комиссия из специалистов-музееведов и художников», которая обращается к П.П. Малиновскому с просьбой «перенести из Большого Кремлевского дворца, находящиеся в нем 25 картин, для их реставрации и научного исследования». Важнейшим условием их изъятия было то, что над ними «более семидесяти лет не подвергались специальному научному и техническому обследованию, так что, например, авторизация их является чрезвычайно произвольной и неправильной». ОПИ ГИМ. Ф. 54. Д. 60. ЛЛ. 310, 336.

  11. ОР ГТГ. Ф. 106. ОП. 6. Д. 15686. Л. 9.

  12. Среди других памятников, которые планировалось отреставрировать, значатся: соб. Василия Блаженного, монастыри: Заиконоспасский, Симонов, Саввино-Сторожевой, соб. в Переславле-Залесском, здание Московского университета и др. См.: ОПИ ГИМ. Ф. 54. Д. 35. Л. 70 об

  13. ОРПГФ музея «Московский Кремль». Ф. 20. ОП. 1918. Д. 3. Л. 1.

  14. ОРПГФ музея «Московский Кремль». Ф. 20. ОП. 1918. Д. 3. Л. 14 об

  15. Рыльский И.В. Реставрационные работы в Кремле с 1917 по 1922 гг. // Архитектура. 1923. № 1-2. С. 17.

  16. ОПИ ГИМ. Ф. 54. Д. 13. Л. 89 об.

  17. Сразу после совещания специалисты Петрограда выехали «для осмотра и обсуждения мероприятий по охране и ремонту ярославских памятников искусства и старины». ОПИ ГИМ. Ф. 54. Д. 63. Л. 80. В декабре 1918 г. представители Петрограда выразили согласие на организацию совместной экспедиции в Новгород с целью укрепления и реставрации местных памятников живописи.

  18. Будущая Академия истории материальной культуры.

  19. ОПИ ГИМ. Ф. 54. Д. 12. Л. 12 об.

  20. ОПИ ГИМ. Ф. 54. Д. 89. Л. 304.

  21. ЦГАЛИ. Ф. 36. ОП. 1. Д. 18. Л. 31.

Первоисточник: 
Международная юбилейная научная конференция, посвященная 200-летию Музеев Московского Кремля. 13-15 марта 2006 г. М., 2006
Информисточник: 

www.rusarch.ru

 
 
 
 
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми   Ctrl  +   Enter  .

Стоит ли самостоятельно реставрировать непрофессионалу? (2018)


  1. Технические операции требуют профессиональных навыков.

  2. Представить ход работы - это одно, а сделать - совсем другое.

  3. Не каждому памятнику пригодны стандартные методики реставрации и хранения.

  4. Некоторые методики устарели из-за выявленных деструктивных последствий.

  5. Неверно подобранные материалы сразу или в будущем нанесут вред памятнику.

  6. Если возвращаете памятнику утраченную красоту, то сохраняете ли его подлинность?

________________

В этих и во многих других вопросах разбирается только квалифицированный специалист!
  • Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы.
  • Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
  • Обучайтесь под непосредственным руководством опытного наставника.

 

Что Вы считаете ГЛАВНЫМ в процессе реставрации? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)

«Дружба — личные взаимоотношения между людьми, основанные на общности интересов и увлечений, взаимном уважении, взаимопонимании и взаимопомощи». (Дружба—Википедия)

«Знакомство — отношения между людьми, знающими друг друга». (Знакомство—Викисловарь)

ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС ЛУЧШИХ РЕСТАВРАЦИОННЫХ ОТЧЕТОВ И ДНЕВНИКОВ
Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, отсутствие текста, неработающую ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.