ПРО+Не используйте методические пособия в качестве самоучителя. Обучайтесь под руководством опытного наставника.
 

В ходе воссоздания памятников культуры, разрушенных во время Великой Отечественной войны 1941 —1945 годов, было естественно стремление вернуть к жизни прежде всего эстетический эффект архитектуры и, как искусства синтетического — ее декоративно-художественные формы. Но, увлекаясь процессом возрождения внешнего вида, мы иногда не можем (руки не доходят!), а иногда просто забываем нашу обязанность приблизиться к подлинному облику памятника, понять его и передать его всесторонне, а для этого показать не только его «парадный костюм», но и «повседневную одежду» и скрытую конструктивную основу.

И сейчас уже наступило время самым решительным образом обратить внимание на эти формы, искать их, сохранять и делать частью общей экспозиции любого памятника, где только это возможно.

Для памятников Петровского времени синтез дворцовой, парадной и бытовой, будничной архитектуры чрезвычайно характерен: от Парадного зала и Лакового кабинета до крошечных «нужных мест» петергофского Монплезира. Ее строгий утилитаризм при всей значимости декоративной роли «парада» делают ее правдивым свидетелем жизни человека в наиболее естественных ее проявлениях.

Как реалистические произведения искусства и литературы наших классиков, передающие современному человеку опыт жизни предшествующих поколений, так и архитектура дает представление об окружающей людей того времени обстановке, являющейся не просто фоном, но и активным элементом художественного образа.

Мы не представляем себе Раскольникова без архитектуры старого Петербурга около Сенной площади так же, как и героев «Домика в Коломне», «Невского проспекта». Но дома, где обитали эти герои, их фасады и интерьеры мы представляем себе умозрительно, не имея конкретных примеров подлинной жилой архитектуры того времени с их комнатами-спальнями, кухней или кладовкой и тем материальным окружением, в котором обитали простые люди. И не только в зданиях — объектах реставрации, но и в обширной литературе по истории архитектуры и архитектурной археологии мы почти не встречаем таких примеров, оставленных нам жизнью. Не осталось у нас «в живых» торговых дворов и магазинов, постоялых дворов, бань и пожарных команд, существовавших до второй половины XIXвека. И если в этом отношении повезло, может быть, монументальным гостиным дворам конца XVIII— начала XIXвека, которые сохранили кое-где свои аркады, то это лишь исключение.

Уникальность такой информации естественна, поскольку любые исторические изменения в сфере обслуживания и быта начисто ликвидируют предыдущие формы обслуживания, от которых сохранились лишь незначительные материальные остатки в наиболее оберегаемых памятниках. И к этой же группе памятников целиком можно отнести «дворцы» петровской архитектуры, так как всесторонняя комплексная их экспозиция обеспечивает не только художественную и историко-мемориальную, но и весьма полноценную информацию о характере повседневной жизни русских людей и уровне их культуры далеко не на узко ограниченном отрезке только «своего» времени.

Первый загородный дворец Петра I— Монплезир — строился в Петергофе в течение восьми лет — от 1714 до 1722 года, на месте «станции» или постоялого двора на морском берегу, по дороге из Петербурга к Кронштадту. Его архитектура заметно передает не только разновременность композиции, но и логику ее построения. Это очень простой поформе центральный объем с мансардовой «с переломом» кровлей и с фасадом, оформление которого сводится к лопаткам между больших проемов, часть которых по сторонам рустованы. Внутри — зал, по сторонам которого симметрично расположены три небольших помещения. Объем этот по своему решению принадлежит, согласно историко-архивным данным, одному времени, и ознакомление с ним в ходе реставрационных работ сомнений к этому не давало.

Но галереи были симметрично пристроены по сторонам центрального объема несколько позже, в 1717 году. Здесь демонстрировалась коллекция голландской живописи для весьма широкой по тем временам публики. Это был второй этап строительства здания, хотя отделочные работы в центральном объеме продолжались и позднее.


80. Монплезир. 1714—1722. Музеефикация северного фасада галереи

Фасады галереи оформлены ордером из тосканских полуколонок, значительно меньших по масштабу, чем оформление центрального объема здания. Всю композицию довольно существенно объединяет окраска фасадов под кирпич по кирпичной же кладке, без оштукатуривания. Так же решены и люстгаузы, если не считать живописи (плохо сохранившейся) на южных фасадах в виде реалистично выполненной зелени деревьев, которая должна была завершать «зеленые коридоры» от фонтанов — «шутих» со стороны садика. Это — характерный для эпохи пример передачи декоративного эффекта натуры средствами монументальной живописи.

Большой интерес представляет собой конструктивно-строительная система Монплезира, особенно его центрального объема.

Коробка этого объема с залом размером 8X15 м состоит из наружных стен, выложенных в полтора кирпича, и внутренних (большие стены зала) — в один кирпич. Размер кирпичей 24X12X6 см — то есть меньше современных, стандартных. Площадь проемов наружных стен составляет примерно половину их поверхности, а у внутренних, тонких, около четверти площади занимают ниши для картин глубиной в полкирпича. В центре зала — плафон на высоких, богато декорированных паддугах с конструкцией в коробке из двух фахверковых стен на балках, перекинутых поперек зала, и двух стен — повышениях внутренних длинных стен.

Когда начиналась реставрация памятника и вопрос зашел о капитальном ремонте и усилении конструкций, один весьма опытный инженер из ГлавАПУ сказал, что такую конструкцию он не разрешит, так как она не соответствует современным нормам прочности. И даже посетив объект, он так и не мог понять, каким образом это здание около четверти тысячелетия стоит и даже не покосилось во время войны, хотя сотрясалось от соседства фашистского дзота. Трещины здесь, правда, были. Но шли они не по швам кирпичной кладки, а насквозь, через кирпичи. Интересно заметить, что конструктивная система галереи — северная стена с нишами — не масштабно малая по сравнению с центром — гораздо более монументальна. Прекрасно сохранились и первоначальные деревянные чердачные конструкции здания.


81. Монплезир. Чердачные конарукции Начало XVIII в.

Во время Великой Отечественной войны значительно пострадали отделки памятника, но образцы всех отделок, достаточные для их воссоздания, имелись. В ходе воссоздания памятника максимально раскрывались, сохранялись и в случае необходимости реставрировались остатки деревянных облицовок, оконных и дверных заполнений, полов (паркеты в Большом зале и каменные полы на кухне и в галереях), декоративная резьба, лаки и, конечно, плафонная живопись. Остатки ценных отделок —резьба и голландские изразцы — включались в соответствующие отделки и музеефицировались с выделением их среди новых отделок.

Таким образом были музеефицированы, например, следующие фрагменты:

В Морском кабинете, северо-западный угол которого был разрушен, воссозданная на его плафоне часть отделена от подлинной небольшим (1 см) разрывом.

Здесь же музеефицировано целое панно с остатками подлинных изразцов; все остальные панно — новые, воссозданные.


82. Монплезир. Музеефикация-консервация остатков подлинных изразцов XVIII в. на панно в Морском кабинете

В Секретарской на одном из панно (в юго-западном углу) было выделено место, где поставлены остатки подлинных изразцов, сбитых со своих мест во время войны. Рядом с ними, с разрывом приблизительно 2 см, начиналась установка новых, воссозданных изразцов, аналогичных по рисунку-композиции подлинным, рядом находящимся. Это позволяет их сравнивать и судить о качестве воссоздания, которое выполнялось соответственно технологии производства первоначальной керамики22.

Таким же образом в Лаковом кабинете показан фрагмент из трех подлинных лаков, найденных в изуродованном виде в пороховом погребе и землянках, и восстановленные из подлинных остатков резные золоченые полочки. Эти лаки и полочки с условно выделенным дополнением утрат помещены на своп места в архитектурную композицию одного фрагмента, находящегося между окон; он включается в интерьер и, так же как музеефикации с изразцами, создает своего рода «опорную базу» для представления о подлиннике23. Живописные плафоны в Монплезире имеются во всех помещениях, кроме кухни. В центральном объеме они были выполнены французским художником Пильмашюм, в галереях и люстгаузах — при участии русских мастеров Александра Захарова, Дмитрия Соловьева и других. Особенность их живописи, «почерк кисти», который стал ясен уже в начале расчисток от позднейших грубых записей, мог не сохраниться при дальнейшем прописывании композиций. Поэтому художник-реставратор Г. П. Саусен отказался от последующего после расчисток «прикосновения кистью», и почерк руки первых русских мастеров гражданской декоративной живописи, у которых Вепера еще похожа на богоматерь, рассказывает многое. Очень своеобразна эта живопись — трактовка формы, рисунок, цветовая палитра.

В Монплезпре у каждой галереи имеется свое маленькое, но капитально из кирпича выложенное «нужное место», оборудованное проточно-промывной канализацией, которая обслуживала и кухню. Канализационный водовод (свинцовая труба) шел от бассейна центрального фонтана монплезирского садика (фонтан «Сноп») к «нужному месту», где находился отстойник, и уходил дальше, в море. На восточной стороне, у кухни, был еще один отстойник — простой свинцовый ящик.


83. Монплезир. Музеефикация фрагмента архитектуры Лакового кабинета

Известный историк архитектуры Соединенных Штатов Америки профессор Скаллп, осматривая памятник, заметил, что канализационное устройство — одно из самых ранних в истории мировой цивилизации и представляет собой значительный интерес и ценность. Но, к сожалению, уже много лет (с 1957 года) мы никак не с )беремся музеефицировать такой уникум.

Устройство подобного назначения оказалось у нас не единственным. В 1972 году во время реставрации Летнего дворца Петра Iв Летнем саду была раскрыта еще одна система проточно-промывной канализации, представляющая сквозной кирпичный тоннель под короткой осью здания север — юг (между «гаванцем» и Невой), в который подходиликерамические трубы-стояки из кухонь, «нужных мест» и из кабинета Петра. В полу последнего сохранилось и жерло этой мусорной трубы — прямоугольное, размером 40х50 см.

Итак, уже не один, а целых два образца устройства подобного рода, совершенно различных по масштабу и по конструктивному характеру. Каким замечательным примером прогресса русской культуры в начале XVIIIвека могут служить оба эти устройства, если их экспонировать!

Но Монплезир был самым ранним, пожалуй, из восстановленных после Великой Отечественной войны памятников культуры — дворцов-музеев. В этот период главным стремлением реставраторов было поскорее вернуть памятнику его художественно-эстетический образ. Было еще не до «нужных мест» и конструкций. Тогда, в 1950-х годах, до решения комплексного, всестороннего раскрытия и экспозиции памятника архитектуры явно еще не доходили руки. Но не решилась эта проблема и через тридцать лет, когда была обнаружена канализация Летнего дворца, и «гаванец» — первая набережная Петербурга, и целый цокольный этаж первого монументального здания нашего города — Меншиковского дворца, и фонтаны Летнего сада, и, пожалуй, еще многое.

И теперь уже, в 1980-х годах, нам следует наконец решительно пересмотреть свои «оценки ценности» для объектов научной реставрации вообще и архитектуры — в первую очередь. Нельзя уже не замечать за внешней формой объекта внутреннее, материальное его существо, которое позволяет не только до конца увидеть памятник, но, главное, до конца правильно понять и передать людям его содержание.

Первоисточник: 
Восстановление памятников культуры: Проблемы реставрации. ред. Д.С. Лихачева. М., 1981
 
 
 
 
Ошибка в тексте? Выдели ее мышкой и нажми   Ctrl  +   Enter  .

Стоит ли самостоятельно реставрировать непрофессионалу? (2018)


  1. Технические операции требуют профессиональных навыков.

  2. Представить ход работы - это одно, а сделать - совсем другое.

  3. Не каждому памятнику пригодны стандартные методики реставрации и хранения.

  4. Некоторые методики устарели из-за выявленных деструктивных последствий.

  5. Неверно подобранные материалы сразу или в будущем нанесут вред памятнику.

  6. Если возвращаете памятнику утраченную красоту, то сохраняете ли его подлинность?

________________

В этих и во многих других вопросах разбирается только квалифицированный специалист!
  • Вам в помощь на сайте представлены эксперты и мастера реставраторы.
  • Спрашивайте, интересуйтесь, задавайте вопросы на нашем форуме.
  • Обучайтесь под непосредственным руководством опытного наставника.

 

Что Вы считаете ГЛАВНЫМ в процессе реставрации? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)


Есть ли у вас друзья реставраторы? (2018)

«Дружба — личные взаимоотношения между людьми, основанные на общности интересов и увлечений, взаимном уважении, взаимопонимании и взаимопомощи». (Дружба—Википедия)

«Знакомство — отношения между людьми, знающими друг друга». (Знакомство—Викисловарь)

ЕЖЕГОДНЫЙ КОНКУРС ЛУЧШИХ РЕСТАВРАЦИОННЫХ ОТЧЕТОВ И ДНЕВНИКОВ
Система Orphus

Если вы обнаружили опечатку или ошибку, отсутствие текста, неработающую ссылку или изображение, пожалуйста, выделите ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сообщение об ошибке будет отправлено администратору сайта.